Аспекты изображения истории

Так и постановщиков могут увлечь различные аспекты изображения истории: в одном случае нас манит лишь воссоздание атмосферы отдаленного прошлого, в другом же — соприкосновение современности с ушедшей эпохой.


Такого рода проблема предстала передо мной во всей остроте во время работы над оперой Бородина «Князь Игорь» Ч Я пыталась найти средства сценического воплощения, адекватные своеобразию этого произведения. Мне не хотелось ставить «Игоря» просто как «историческую оперу» или «историческую хронику». Даже слово «эпос» не определяло еще достаточно точного подхода к этой опере: и эпос бывает разный.

Мне хотелось перенести в спектакль что-то из своеобразной, могучей поэзии «Слова о полку Игореве». Но какую найти для этого форму? Мне вспомнились иллюстрации одного из лучших мастеров Палеха Ивана Голикова, украшающие издание Академии наук СССР. Условность изобразительного языка: сказочная наивность, обратная перспектива, контрастный колорит, в котором преобладали красный, темно-синий и золотой цвета, — вся эта чудесная декоративность захватила меня. Казалось, уже найдено решение спектакля и его изобразительная форма, запечатлевающая след древней эпохи. Но этот манящий образ стал постепенно тускнеть по мере того, как я все внимательнее вслушивалась в музыку Бородина.

Драматический накал ее сопротивлялся стилизации и декоративности. Колорит музыки уже не казался мне таким, как на картинах палешан: он представлялся более суровым, словно овеянный дымом пожарищ. В партитуре ощущалось подлинное беспокойство, с которым диссонировала бы сказочная безмятежность пленивших меня иллюстрадий. Изобразительный почерк, который великолепно подходил бы, например, к «Золотому петушку» Римского-Корсакова, с его богатством инструментального колорита, грозил в данном случае ненужной стилизацией.

Чем ближе я знакомилась с условиями, в которых создавалась опера, с обстановкой 80-х годов прошлого века, тем сильнее ощущался мною дух этой эпохи. Ария «О дайте, дайте мне свободу» представилась мне голосом самого Бородина и современной ему прогрессивной русской интеллигенции. С другой стороны, чем более я вслушивалась в музыку, тем больше у меня возникало ассоциаций с недавно пережитым. Эти сцены помогли мне ощутить «климат» будущего спектакля и решить его композицию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Post Navigation